Мой рабочий день начинается с констатации смерти.

Пациент на больничной койке в палате. Он умер ночью. Подтверждаю смерть. Тело холодное. Пульс на сонных артериях отсутствует. Сердцебиение отсутствует. Дыхание отсутствует. Зрачки не реагируют на свет. Трупные пятна на спине. Трупное окоченение. Болевой рефлекс не проверяю. Все ясно и так. Пишу посмертный дневник в истории болезни, заполняю посмертные документы, указываю причину смерти. Иногда родственники хотят поговорить с врачом. Это необязательно: чаще организационные вопросы берёт на себя медсестра. Мне важно вовремя написать и подписать посмертный эпикриз. Затем — обход отделения, коррекция паллиативного лечения. Я чаще всего сижу в маленькой комнатке без окон, за компьютером, помогаю заведующему отделением с бумажной работой. Выхожу в палату принять нового пациента — и снова возвращаюсь в свою келью. Здесь есть цвет, и можно ненадолго отвлечься.

В настоящее время паллиативная медицина активно развивается. Для пациентов с неизлечимыми заболеваниями, которым невозможно провести радикальное лечение, оформляется направление в паллиативное отделение. Чаще всего это пациенты с онкологическими заболеваниями, но встречаются и тяжёлые случаи сердечной, почечной или печёночной недостаточности. Паллиативная помощь — часть системы здравоохранения, включающая помощь на дому и стационарные хосписы. Это прекрасная возможность контролировать боль и тяжёлые симптомы в конце жизни. Если бы у меня была возможность госпитализировать свою маму в такое отделение в последние три месяца её жизни, я бы ни минуты не сомневалась. Но, к сожалению, у меня не было такой возможности. Но работать в таком режиме, если ты врач… Чаще всего на паллиативную помощь смотрят с точки зрения пациента. Однако я смотрю на неё с другой стороны — с точки зрения врача. Ежедневная встреча со смертью, чувство безысходности — одно это слово, ”паллиативная помощь”, приводит в дрожь. Атмосфера угнетает. Большинство медицинского персонала повторяют как мантру, что они помогают пациенту справиться с болью и дискомфортом, окружают его заботой настолько, насколько это возможно. И всё это, безусловно, правда. На какое-то время это помогает. Однако если копнуть глубже, начинаешь понимать жёсткость и абсурдность самого этого словосочетания. Ведь, по правде говоря, это уже не лечение. Опыт работы в этом отделении стал последним в моей карьере врача. После этого я приняла решение уйти из профессии и начать новый путь.

В фотопроекте мне хотелось передать не только ужас и смятение, но и внутреннюю борьбу человека, который вынужден принять решение оставить профессию, ставшую частью его жизни. Это был сложный выбор, который изменил мою жизнь.